Максим Милованов: «Бегство политтехнологов» и «конкуренция идеологем»
Максим Милованов: «Бегство политтехнологов» и «конкуренция идеологем»
Один раз в год в России происходит уникальное событие. Все, кто причастен к реальным выборам, собираются на три дня в одном из загородных отелей, чтобы подвести итоги выборного цикла, поговорить, поспорить, но главное - помечтать «по гамбургскому счету». В ноябре 2025-го состоялся уже «XV юбилейный форум специалистов политических профессий». Он стал знаковым, подвел важную черту.
Писатель Максим Милованов (он же - политтехнолог Максим Игоревич Сучков, отмеченный ранее двумя наградами Ассоциации Политических Консультантов (РАПК) в номинации «Лучший вирусный проект года» и наградой «Ассоциации Электронной Электоральной Политики» в номинации «Открытие года») выступил с докладом, который назывался «Бегство политтехнологов». Выступление состоялось в рамках сессии «Разговор без галстуков». Основные вопросы и тезисы, сформировавшиеся во время доклада и дальнейшей многочасовой неформальной дискуссии!.. Итак...
«БЕГСТВО ПОЛИТТЕХНОЛОГОВ» И «КОНКУРЕНЦИЯ ИДЕОЛОГЕМ»
Тезис 1. Политтехнологи больше не нужны
Профессия политтехнолога себя изжила. В той политической, экономической и идеологической реальности, которая сложилась к 2025 году, необходимы совсем иные компетенции и навыки. Реальный, конкурентный рынок политтехнологий фактически закрыт. Большинство политтехнологов «сбежало» в иные профессии. Более всего в госаппарат, далее - в корпоративное управление, консалтинг, пиар, медиа, творческие профессии. Кто-то сбежал в прямом смысле слова - в другие страны. Как выяснилось в ходе небольшого опроса, большинство выехавших из страны политтехнологов сосредоточилось в Черногории и Турции. Есть такие, кто просто бездельничает и чего-то ждет...
Впрочем, политтехнолог и ранее являлся политтехнологом всего три-четыре месяца в году, но приличный размер гонораров многим позволял спокойно жить до следующих выборов. 2025-й год подвел финишную черту. И сделал это основной заказчик услуг политтехнологов (он всем известен), который создал новый гибрид - касту социальных архитекторов. Ребрендинг, система отбора, цели и задачи социальных архитекторов – все это стало жаркой темой обсуждения на 15-ом форуме специалистов политических профессий. Однако собравшиеся там 250 человек к единому мнению по поводу социальных архитекторов так и не пришли. И это интересный тест, так как отсутствие ясности в столь профессиональной и информированной среде, говорит о том, что ясности нет вообще.
В какой-то момент решили посмотреть и пообсуждать: а чем занимаются политтехнологи там, по ту сторону идеологической конкуренции? Выяснилась любопытная вещь - лучшие политтехнологические умы Запада уже давно занимаются не обслуживанием собственных выборов, они работают на внешний рынок, занимаясь разработкой и внедрением демократических идеологем в странах, которые окружают Россию, в странах СНГ и бывших союзных республиках СССР. Вернувшиеся с полей Молдавии, Узбекистана и Казахстана политтехнологи рассказали чуть ли не о «прямом боевом столкновении» с политтехнологами Запада, которые там успешно работают при помощи своей главной «идеологемы», которая кратко звучит так: «деньги в поле».
Поливая истеблишмент стран СНГ денежной массой с бесчисленными программами и семинарами, на которых рассказывается о преимуществах западной демократии над всеми иными формами правления, западные политтехнологи, словно на дрожжах, взращивают практически бескрайние поля лояльных политиков и управленцев. Затем устраивают между ними конкурентные схватки, в ходе которых выявляют лучших из лучших, поддерживая затем именно лучших, а не аутсайдеров. Простой и эффективный естественный отбор!
Возник профессиональный вопрос - почему бы нашим политтехнологам не делать то же самое? Ответ в ходе дискуссии обескуражил - нет такого заказа! Возможно подобный заказ выполняют какие-то иные люди и организации, но о них ничего не известно. Реальных и успешных следов их работы в данном сегменте тоже не замечено.
Тезис 2. Недостаточно выглядеть львом - нужно быть львом!
В известном фильме «Джентльмены» Гая Ричи есть одна хорошая фраза, которая многое, если не все объясняет. Она звучит так: «Недостаточно выглядеть львом - нужно быть львом!» Фраза как нельзя лучше отражает то, что происходит в области идеологической конкуренции. Приняв в 1993 году определенные правила игры - игры, которая называется капитализм - российский госаппарат (его ядро) уже который год пытается обыграть отцов-основателей данной игры. Обыграть тех самых людей, которые эту игру придумали и владеют всеми ее алгоритмами, как явными, так и скрытыми. Хотя абсолютно очевидно, что играя на чужом поле, с чужими судьями и по чужим правилам игры - никогда не добиться победы. Даже исторически так было всегда: Россия, выигрывая в кровопролитных войнах, затем уступала в мирное время. Уступала идеологически, теряя свои территории и людей практически без боя. Враг, не в силах взять наши крепости штурмом, проползал через наши слабости. Причина очевидна - отсутствие привлекательной идеологемы и средств устойчивой, глобальной трансляции своей идеологемы во внешнюю среду.
Западная идеологема проста для понимания, а потому привлекательна. Она имеет разнообразные формы и обличия, чаще всего называясь демократией и общечеловеческим ценностями. Однако более простое название западной идеологемы - деньги! Именно деньги стали нашей всеобщей верой, и в прямом и в переносном смысле. Надпись на долларовой купюре «Деньги - наша вера» превратилась в единственное целеполагание людей в большинстве стран мира, в том числе и в России, фактически став всеобщей доминирующей идеологией. Это не плохо, не хорошо, но это и есть та «реальная реальность», которая существует на данный момент времени.
Тезис 3. «Коннотация денег» как вариант конкурентной идеологемы
Выиграть конкуренцию у базовых носителей идеологии денег, опираясь на их привычное «западное» восприятие денег, абсолютно невозможно. Однако возможна серьезная смысловая корректировка самого понятия «деньги». Деньги можно наделить новым смыслом, дать им новую (русскую) коннотацию. На наших купюрах может быть написано: «Честные деньги» и/или «Истинные ценности».
Справка: Коннотация - это дополнительные семантические и стилистические функции, устойчиво связанные с основным значением в сознании носителей языка.
Конечно же, просто написать на рублевой купюре «честные деньги» - этого недостаточно. Новая коннотация должна означать следующее:
- Честные деньги - это результат исключительно созидательного труда без использования «ссудного процента», где кредитование бизнеса и частных лиц происходит по принципу «сколько взял - столько отдал», а все издержки по обслуживанию денежной массы полностью берет на себя государство.
На первый взгляд абсолютно утопическая идея. Однако в ходе дискуссии выяснилось, что если отложить в сторону маски привычного всем цинизма и прагматизма, у идеологемы больше плюсов, чем минусов. Фундаментально - это и есть те самые общечеловеческие базовые ценности, причем не абстрактные, а ценности в самом прямом смысле этого слова.
Честные деньги = вечные ценности! Подобная идеологема настолько сильна, что противопоставить ей что-либо достаточно сложно. Конечно же, это подразумевает реформу банковского сектора, которая на первый взгляд выглядит страшной и болезненной. Однако реалии таковы, что для реализации данной идеологемы на практике будет достаточно договоренностей внутри небольшого управленческого ядра. Общественный консенсус доктрины «сколько взял - столько отдал» несомненно будет обеспечен. Против будут только так называемые «ментальные ростовщики», чей образ жизни, внутренний уклад и заработок связан исключительно с процессом перепродажи денег.
Законодательный запрет на ведение любой деятельности, связанной с перепродажей денег (ссудным процентом), вынудит инвестировать исключительно в реальный сектор, будет стимулировать исключительно созидательный труд и по-настоящему полезные услуги.
Мировоззренческий ландшафт коренным образом изменится. Общество, исповедующее идеологию «честных денег», принцип «сколько взял - столько отдал» - возможно это и есть те самые «скрепы», «соборность», и «Русский мир», о которых так много говорится, но никто пока еще не придумал - как это сделать?
Тезис 4. Государство социальной справедливости - какое оно?
Безусловно, роль государства, обеспечивающего работоспособность финансовой системы без «ссудного процента», существенно изменится, влияние сильно возрастет. Но оно и так растет, причем иногда не в самую лучшую сторону с точки зрения гражданских прав. Зато подобное государство вполне можно будет назвать государством социальной справедливости - не на словах, а на деле.
Тот лидер, который отважится возглавить данный процесс, вне всяких сомнений, станет в мировой истории фигурой исключительной, так как «отказ от ссудного процента» имеет более фундаментальные исторические и нравственные корни, чем кажется на первый взгляд. По большому счету - это вопрос религиозный...
Дело в том, что фундаментальная основа идеологемы «честных денег» и отказа от «ссудного процента» заложена практически во всех религиях. «Изгнать торгующих из Храма!» - так звучит один из основных тезисов того, кому миллиарды жителей планеты шлют свои молитвы, служат службы, зажигают свечи в храмах. «Против ростовщиков» - именно так называются труды главных догматов христианской церкви, членов святой каппадокийской троицы Василия Великого, Григория Нисского и Григория Богослова. Ровно то же самое проповедуют и иные религии.
Однако несмотря на это – ростовщичество, бывшее когда-то «презренным занятием», стало основным источником накопления капиталов, «экономикой в экономике», новым культом. Но не во всех странах! Доля этого «нереального сектора экономики» в России в сравнении с западными странами мала. Отказ от «нереального сектора» в пользу реального, основанного на фундаментальных ценностях, проповедуемых не финансовым, а духовным «регулятором» - разве такая идеологема не прекрасна? С ней мы точно сильны и достойны того, чтобы транслировать свой «русский взгляд» на мир и мироустройство. Так мы точно станем настоящими львами, а не их имитацией...
Тезис 5. Политтехнологи идут к ценам, а приходят к ценностям
Главным итогом «XV юбилейного форума специалистов политических профессий» стало окончательное осознание профессиональным сообществом того факта, что несмотря на весь внешний цинизм, в политтехнологи идут люди нравственно глубокие, те, кому не все равно, и в большинстве случаев каждый по своему приходит «не к ценам, а к ценностям». Иначе б подобных мировоззренческих дискуссий просто не было.